Are you the publisher? Claim or contact us about this channel


Embed this content in your HTML

Search

Report adult content:

click to rate:

Account: (login)

More Channels


Channel Catalog


Channel Description:

Музей детской книги - LiveJournal.com
    0 0

    Всем любителям детской букинистики творческий и семейный союз двух замечательных украинских художников Виктора Григорьева и Киры Поляковой хорошо знаком.
    Удивить новой биграфической информацией вряд ли получится. Вот разве книжечкой. Точнее книжкой-ширмочкой.

    Всех с наступающими новогодними праздниками!!!













    0 0

    Просматривая в kid_book_museum замечательные посты по тегу детская литература Швеции, я обратила внимание, что рассказ про томтенов остановился на Jenny Nyström. Господа, это же позапрошлый век! Добавлю пару слов по теме.

    Томтен - это самая популярная фигура шведского фольклора. Как известно, в швеции проживало несколько их видов, и основные - это рождественские и дворовые. Рождественского создала, как тут ранее и было сказано, Jenny Nyström, придав буржуазному обеспеченному Санта Клаусу более скромные и близкие протестантскому духу шведов черты. Дворовый томтен, покровитель крестьянского хозяйства - гораздо более древняя и, положа руку на сердце, интересная фигура. Интересен он и происхождением, и давностью рода - он появился в швеции одновременно с возникновением первых поселений - и своей многозначностью. После принятия христианства короли и церковь безуспешно пытались бороться с языческим томтеном, и это была сложная дилемма для крестьян. Бывало и так, что некоторые хитро....е фермеры пользовались всю жизнь помощью томтена, а на смертном одре выгоняли его и каялись в грехах. Этот незаменимый помощник был, с другой стороны, довольно упрямым и мстительным старикашкой. В конце декабря вспоминают не только про рождественского томтена, который принесет подарок, но и дворового, которого полагалось одаривать самого - выставить в рождественскую ночь на угол к хлеву миску с кашей, в которой обязательно должен плавать ломтик масла. О, сколько трагических недоразумений произошло из-за растаявшего раньше времени масла! Один томтен решил, что ему недодали, и так рассердился, что убил близ стоящую ни в чем не повинную корову. Когда же он добрался до дна миски и обнаружил, что хозяева расщедрились аж на мед, который просто стек вниз, ему пришлось сбегать на соседний хутор и спереть корову там, и подменить так, чтобы его хозяин ничего не заметил. Любимцы томтенов - это лошади, ну и кошки живут с ними рядом. Томтены боятся железа, и чем больше его становилось в хозяйствах, тем реже встречались томтены. Тем не менее еще в 1980-хх гг можно было встретить старушек, выставляющих миски с кашей - они говорили, что знают, что томтенов не существует, но им проще выставить миску, чем думать о том, что будет, если впервые за 200 лет ее на этом дворе не выставят.

    Здесь я остановлюсь, поскольку я надеюсь найти хорошие издательские руки на мои переводы шв. детских сказок, записей легенд и красивых науч-поп книг про томтенов, и тогда вы узнаете все из первых рук. Ведь недавно все-таки вышла классика жанра - Томтен и Томтен и лис в переложении Астрид Линдгрен с иллюстрациями Харальда Виберга (Harald Wiberg), так что участники сообщества, несомненно, уже знакомы с самыми выразительными рисунками этого художника. Одну их книгу, кажется, российские издатели все-таки зажали. И, похоже, там была сложная история с правами на издание переводов, которые видимо были перепроданы (впрочем, это только мое предположение). Но очень хорошо, что уважаемые издатели оставили Томтена и не переименовали его в Ниссе или гнома, как у нас раньше было принято, и перепечатали старый перевод Ридбергского классического стихотворения, и написали краткую справку о томтене, так что само название уже введено, так сказать, в оборот и будет теперь знакомо русскоязычным читателям. Я давно ждала этого события, так как было ясно, что без авторитета Астрид Линдгрен ни Виктору Ридбергу (властителю умов в швеции до появления Стриндберга), ни томтену не пробиться. Но я лично не могла понять, почему тема томтенов замалчивалась на российском литературном рынке - ведь как раз в россии всегда тепло относились к всякой нечисти, в отличие от материалистичных шведов.

    Как бы то ни было, с конца 1960-х гг. шведы представляют дворовых томтенов такими, как их нарисовал Harald Wiberg. Это неприкрыто романтизированный образ: задумчивое и трогательное существо, шурующее граблями, подкармливающее живность, или просто обходящее свои владения. Виберг восемь лет участвовал также в тв-программе о шведской природе, но прославился он в основном своими изображениями зверей и томтенов. Со зверьми выпустили серию тарелок. А дворовые томтены Виберга и сейчас непременно каждый год фигурируют на рождественских открытках. Правда, иногда на поздравительной карточке и томтена-то не видать, а видно только его следы на снегу.

    У меня дома завалялось первое издание книги Харальда Виберга "Gammaldags Jul", 1967 года - Рождество в старом стиле. Здесь он тоже выступил и как автор текста, и как иллюстратор.

    Далее я выкладываю много фотографий. Всего в книге примерно 90 страниц (нумерации нет) 27x22 см, я взяла конечно же не все. Издательство Rabén & Sjögren.




    На супербложке изображено вот что:






    Книга рассказывает молодому поколению, как на хуторе встречали рождество в прежние времена, и заодно дает некоторые картинки быта. Весь текст напечатан черным по темно-серому, но все прекрасно читается, без труда.



    Если корова начинала хиреть, то это потому что к ней прибегал молочный заяц, высасывающий силы.



    Пахать на быках - не так сложно, но ковать их намного тяжелее, чем лошадей.




    Накануне рождества топили свечи (да и до сих пор, бывает, в деревнях еще топят).


    А вот и наш герой!












    Непременная поездка в церковь




    Родственные существа - здесь это Ниссе, но в некоторых областях швеции так называется и сам томтен.










    Лицо у ребеночка выписано не так тщательно, как у томтена.




    В конце показаны забавы детей и юношества.











    Из снежков лепят свод, внутрь ставят сальную свечу




    Прошу прощения за низкое качество фотографий, сделанных в спешке.

    0 0

    Дитвидав,Киев,1964 год,тираж 100000 экземпляров,формат 84×108/32
    Рисовали Д.Черкасский,Р.Сахалтуев и О.Ткаченко
    Единственная совместная работа двух тогда еще только перспективных художников с замечательным иллюстратором и режиссером-мультипликатором.
    Давид Янович Черкасский на мою просьбу рассказать о работе 55-летней давности честно ответил:"Картинки припоминаю! Помню чудесные встречи с Ефимом Петровичем!!! А детали куда-то подевались!!"














































    0 0

    В нашем сообществе немало прекрасных Дедов Морозов, готовых дарить виртуальные подарки круглый год!
    Надеюсь, что и в 2018 году нас ждет много книжных сюрпризов!





    Желаю всем, кто пишет в наше сообщество и читает его, хорошего, доброго нового года! Счастья вам и вашим близким! Веселых праздников!
    И, конечно, старых и новых книг для личных коллекций и домашних библиотек!

    0 0

    Дитвидав.Твердый переплет,энциклопедический формат,тираж 45000 экземпляров,160 страниц,художественный редактор-Олег Буцень
    Обложка,форзац и титул-Надежда Лопухова,шмуцтитул-Людмила Григорьева,портреты-Олег Животков
    Иллюстраторы:Г.Тульчевская,В.Решетов,Е.Семенов,А.Силаев,М.Нечипоренко,О.Паславская,Ю.Шейнис,О.Микора,А.Шоломий,Р.Багаутдинов,в.Литвиненко,Л.Иванова,А.Жуковский,О.Животков,Г.Савченко,О.Чернец,О.Животков
    IMG_2112.JPG







































































































































































    0 0

    Была у меня одно время мысль сделать подборку книг на тему "Как мы росли", благо долго искать не пришлось бы, но быстро стало понятно, что практически каждая из таких книг заслуживает отдельного разговора. Как правило, книги эти автобиографические и чем-то похожи на краеведческие музеи: рассказывают о повседневных вещах, которых уже, пожалуй, и не найдешь. К тому же интересно взглянуть на них сегодняшним взглядом, гораздо отчетливее, чем в детстве, понимая, что рассказано и о чем не договорено.
    Повесть Любови Воронковой "Детство на окраине"тем и хороша, что вся она о жизни былой, ушедшей и полузабытой, описанной на редкость щедро.

    Воронкова_000.jpg




    Воронкова_001.jpg



    1911-1912 год, Москва, Старая Божедомка, дом номер 16, квартира 4. Здесь, в двухэтажном доходном доме (штукатурку заново белят раз в год), живет семилетняя Соня со своими родителями. Место окраинное, бедное, но Сониных родителей устраивает - недорого и можно держать коров. Они крестьяне, перебравшиеся за заработком в Москву. Теперь они городские молочники, держат трех коровенок и продают молоко - по кружке, по полкружки. Работа тяжелая и малодоходная, и с прекрасными, облицованными белым кафелем магазинами Чичкина им не тягаться, но все же прожить легче, чем в деревне. Соня - уже ребенок городской, у нее вместо речки - ручеек из прачечной, вместо птиц - звонок трамвая, а заросли лопухов на пустыре пугают почище джунглей. Выйти за пределы двора страшновато, но очень заманчиво: там булыжный тротуар ведет к Уголку Дурова, где живут дрессированные звери, на пригорке красуется кирпичная церковь Ивана-Воина, а внизу на перекрестке Божедомки и Самарского стоит городовой с саблей на боку и фуражке с кокардой. Цепкая детская память ухватывает картинку с фотографической точностью.

    Городовой у церкви Иоанна Воина на Старой Божедомке.jpg



    Это бедная жизнь и бедное детство, почти с пресловутыми "деревянными игрушками, прибитыми к полу": Соня отчаянно мечтает о новой кукле - у нее совсем старая, безобразная кукла, которую кто-то выбросил. Есть, правда, еще и кукольный "сервиз" - Соня сама его сделала из отмытых рыбьих позвонков, похожих на фарфоровые чашечки. Кукла родителям не по карману, но на вербном базаре расщедрятся, купят Соне "тещин язык", "морского чертика"и волшебные китайские горошины.

    Во дворе - игры, каких теперь почти и не увидишь: салочки, "коршун", "золотые воротца", "краски", "за речкой за быстрой".

    Воронкова_002.jpg

    Воронкова_003.jpg

    Воронкова_004.jpg

    Воронкова_005.jpg

    Воронкова_006.jpg

    Воронкова_011_игры.jpg

    Воронкова_012_игры.jpg

    Воронкова_036_бумажные куклы.jpg


    А за воротами - огромный,заманчивый и непонятный мир. По улице тянут водопровод - канава прошла по старому кладбищу, кости собрали и вывезли, но дети успели насмотреться на скелеты, а заодно узнать, отчего улица названа Божедомкой. Катастрофа "Титаника", солнечное затмение, Ленский расстрел... 1912 год - урожайный на события.

    Воронкова_007.jpg

    Воронкова_008.jpg

    Воронкова_008.jpg

    Воронкова_010.jpg

    Воронкова_028_затмение.jpg


    Что меня огорчает, так это оформление книги: повесть Воронковой насыщена подробностями, которые хотелось бы не только узнать из текста, но и рассмотреть на тщательных, детальных иллюстрациях. Увы, рисунки В.Макеева в этом не помощники.

    Бедная городская окраина на самом деле - мир непростой, со своей хитроумной, не всегда очевидной иерархией. Сонина семья бедна, но они не голодают, все самое необходимое у них есть и снимают они не угол, а квартирув четыре комнаты. Сами живут в одной комнате, остальные сдают внаем другим жильцам. Соня - "хозяйская"девочка. Ее можно пригласить в гости в "приличную семью". А вот сапожникову Лизку не пригласят. И в школу Лизка не пойдет, как не пойдут и все остальные дворовые друзья Сони - родители приставят их к ремеслу. А Соня будет учиться в городском начальном училище для девочек. Там она будет стесняться поношенной одежды, а дома еще сильнее заденет высокомерное замечание одной из жилиц - она-де, мещанка, не чета крестьянам, пусть и огорожанившимся.

    Отсюда же и презрительно-насмешливое отношение к домовладельцу: он из простых, от тряпичника своим трудом поднялся до владельца недвижимости, но и после жил скромно, мусор во дворе убирать не брезговал и всякой работы по дому не чуждался. Сына вывел в люди - тот стал офицером. Но для жильцов своих так и остался мусорщиком, выскочкой.

    Их дети перенесут злобную зависть на чужую девочку - такую же как они, но владеющую вожделенной куклой. Ей не простят это богатство, безжалостно высмеяв бедную одежку.

    Воронкова_013.jpg

    Воронкова_013'.jpg

    Воронкова_014.jpg

    Воронкова_015.jpg


    Среди жильцов Соня насмотрится всякого - и страшных, разрушительных запоев, и домашних скандалов с побоями и руганью. Мелькнет яркой бабочкой Душатка, сестра рогожского старовера, выбравшая себе совсем другую жизнь, меняющая красоту на богатство. Придут и уйдут художники - главные жильцы для Сони, любящей и умеющей рисовать.

    Воронкова_034_Душатка.jpg

    Воронкова_035_Душатка.jpg

    Воронкова_037_Душатка.jpg

    Воронкова_038_Душатка.jpg

    Воронкова_039_Душатка.jpg


    Воронкова_029_искусственные цветы и рисунок.jpg

    Воронкова_024.jpg

    Воронкова_025.jpg


    В школе Соня удивится девочкам в серых коленкоровых платьях с черными фартуками. Эти девочки - приютские, скорее всего из одного из приютов, которому, как и училищу, попечительствует семья крупных московских промышленников и благотворителей Катуар. Они, вместе с семействами Кноп, Третьяковых, Свешниковых, Лермонтовых, финансировали несколько московских приютов, детей в которые собирали на улицах, на вокзалах, в ночлежках, в притонах. Недалеко от Старой Божедомки, в Перуновском переулке, как раз находился приют для девочек. А может быть, девочки в Сонином классе были воспитанницами Александро-Мариинского приюта для беззащитных детей на Александровской площади. В него принимали бесплатно сирот обоего пола в возрасте от пяти до двенадцати лет. В 1900 г. в приюте призревалось около ста мальчиков и девочек.

    Девочки приюта 'Маяк'.jpg



    Приютским детям обеспечивали лечение, учение по программе начальной школы и давали азы ремесел. На лето детей вывозили за город, в имения попечителей. Сонин класс тоже поедет весной за город, в Петровско-Разумовское, на паровичке. Забытый ныне транспорт - паровой трамвай. Для девочек - целое приключение. Эту экскурсию наверняка тоже поддержали попечители. Мадам Катуар в школе - нередкий гость, благоволит молодым учительницам, старающимся разнообразить школьную жизнь.

    Линия парового трамвая в Петровско-Разумовское.jpg



    В школу Соня ходит с радостью - там все новое, необычное, там книги, рисунки, "волшебный фонарь"и чудесные, длинные-длинные зимние праздники. Похожие на сегодняшние и все же другие.

    Воронкова_016_Новый год.jpg

    Воронкова_017_Новый год.jpg

    Воронкова_018_Новый год.jpg

    Воронкова_019_Новый год.jpg

    Воронкова_020_Новый год.jpg

    Воронкова_021_Новый год.jpg

    Воронкова_022_Новый год.jpg

    Воронкова_023_Новый год.jpg


    Воронкова_волшебный фонарь.jpg


    Л.Воронкова "Детство на окраине"Детгиз 1959
       рис.В.Макеева
       формат 84x106 1/32
       тираж 90 000
    



    0 0

    Недавно я написала в сообщество о Харальде Виберге. Могла бы еще добавить, что Томтена он готовился иллюстрировать ни много ни мало, а 40 лет, а по большому счету и того больше - в четырехлетнем возрасте он встретил томтена у сарая и с тех пор не мог забыть этот образ.

    Но у него есть еще одна совместная книга с Астрид Линдгрен 1961 года. Тоже очень коротенькая сказка для детей 3-6 лет. То же стокгольмское издательство, где работала Линдгрен, тот же формат 27x22 см, 29 стр. без нумерации. На всех разворотах слева - текст, справа - иллюстрация. Книга называется "Рождество в конюшне". Но не только приближающееся православное рождество побудило меня ее показать. Дело в том, что у нас в швеции недавно решили Виберга немного подвинуть. На открытках он по-прежнему держится, а вот книги переизданы с новыми современными иллюстрациями. Старые издания можно найти только в букинистических, и некоторые уже надо караулить. Я и подумала - пусть тогда его получше узнают в другой стране. То, что появляются новые издания - это прекрасно, только хотелось бы, чтобы старые не исчезали навсегда.

    Под катом мои косые фотографии.







    Кстати, здесь можно послушать секунд 50, как Астрид Линдгрен сама читает эту книгу:



    (Проживающие в швеции могут смотреть запись целиком: www.oppetarkiv.se/video/7141723/sagostund-med-astrid-lindgren-jul-i-stallet". Шведское тв пожмотничало и не разрешило просмотр за рубежом.)

    Она начинает так: Не знаю, как это бывает у вас, но когда я слушала сказки, я всегда представляла, что события происходили в той деревне, где я росла и где мне все было так знакомо. Так вышло и в этот раз, когда я попросила маму рассказать мне про рождество.

    Дальше, если вкратце - давным-давно, темной морозной ночью мужчина и женщина, идущие издалека, искали ночлег. Деревня спала, и никому не было дела до путников в эту беззвездную ночь. Они набрели на старую конюшню. Продрогшая и усталая женщина согрела руки под гривой у коня, и он, кажется, понял, как ей было холодно. И корова поняла, как женщина голодна, и дала ей теплое молоко. Овцы согрели ее своим теплом на сене. А среди ночи пастухи увидели, как над их конюшней вспыхнула яркая звезда, осветившая двор, и поспешили туда. Там они нашли только что родившегося мальчика, лежавшего на руках у матери. Звезда зажглась ради этого младенца! - решили они, и долго стояли вокруг вместе с животными и смотрели на ребеночка, которому мама тем временем постелила в лошадиной кормушке. А над конюшней горела рождественская звезда, ведь все это произошло много-много лет назад в рождественскую ночь - в самую первую.


    Но на всякий случай выкладываю остальные страницы.















    Всё!

    0 0

    Детвидав,Киев,тираж 42000 экземпляров,твердый переплет,формат 70х90 1/16,256 страниц
    Составил В.Шубович
    Рисунки Виктора Павловича Глуздова
    Интересный по писательскому составу сборник,где с ожидаемыми Гюго,Алексеевым,Кассилем,Головко,Олдриджем,Яковлевым,Копиленко соседствуют Чу Чен,Бурке,Бенипури,Мамора.
    20180104_015041.jpg


























































































    0 0

    Еще весной прошлого года начала показ "Детского календаря природы" на 1959 год, составленного Г.Скребицким.
    Календарь выпущен издательством "Детский мир", хранился в домашней библиотеке Веры Васильевны Чаплиной, а в прошлом году подарен ее внучкой М.Ю.Агафоновой омской детской библиотеке имени писательницы.
    Сегодня мы завершим знакомство с календарем, с его зимними и осенними страницами.
    В разделе о зимних месяцах вас ждут случайные встречи с сонным ежиком, скворцом, улетевшим от хозяина, и с зайцем-беляком, попавшим в охотничью петлю.



























































































    Благодарю за предоставленные сканы  сотрудников детской библиотеки имени Веры Чаплиной!

    КАЛЕНДАРЬ ВЕСНЫ

    КАЛЕНДАРЬ ЛЕТА

    0 0

    В дальнейших поисках интересных и редких детских книжек советской поры отправляемся из Татарстана на Рижское взморье. Изданных в Латвии детских книжек 50-60 годов прошлого века на букинистическом рынке совсем немного. Да и издавалось их крайне мало, в основном - в Латгосиздате. Разве что кто-то вспомнит сборник "Латвийских народных сказок" в суперобложке, неоднократно переиздававшийся и разошедшийся по Союзу заметным общим тиражом. Может быть поэтому неудовлетворенный читательский спрос, как могли, пытались восполнить непрофильные издатели, например... рижская фабрика детских игрушек, которая в 1958 году выпустила неизвестно каким тиражом просто замечательную книжку-игрушку "Похождения кота".



    Формат немного уменьшенный. Картонажная обложка и тканевый корешок. 16 страниц. Издание отсутствует в фондах РГБ, РНБ, равно как не упоминается и в справочниках И.И. Старцева.



    На художественно оформленном форзаце читаем, что автор текста Л. Прозоровский , а художник - некто Г. Ерш. Вы впервые видите такую необычную фамилию? Я тоже.





    С третьей страницы на сцене неожиданно появляется главный персонаж - кот Васька. Придумано и исполнени здорово! Молодец этот самый Ерш!



    Идея, когда в книжке-игрушке раскладываются бумажные фигуры персонажей, выходящие за поля книжного блока, не нова. Но в данном книжке голова, лапы и хвост кота закреплены на шарнирах и могут двигаться. Технологически это намного сложнее. Обычное книжное издательство не взялось бы за такую технологию. А фабрика игрушек - пожалуйста!




    Здесь у меня, видимо, рука дронула. Снимок получился смазанным. Воспроизвожу текст:

    Слышал где-то Васька наш,
    Что прекрасен взморский пляж.
    Там залив такого цвета
    Точно синий карандаш.

    Кот пожаловал туда,
    Ах досада! Ах беда!
    Оказалось, что в заливе
    Очень мокрая вода.








    Иными словами, home, sweet home! Тут правильному коту самое место.
    P.S. Кстати, точно такой же смысл повести "Ветер в ивах". Там, пренебрегший благами домашнего уюта, непоседа и выдумщик Тод - всегдашний лузер и бедокур, а ценящие покой у камелька и припасы за стенкой Мол и Рэт Баджер - всегда в выйгрыше. Вот так, с младых ногтей родители через сказки внушали своим чадам, что сбегать из дому в разные Африки чревато крупными неприятностями. Как-нибудь я подробнее напишу от этом.



    А теперь возвращаемся к автрам книжки - Л. Прозоровскому и таинственному Ершу.
    Если с первым все более-менее понятно - милиционер, фронтовой фотокорреспондент, литератор, автор текстов песен к кинофильму "Стрелы Робин Гуда" (в интернете можно без труда найти фронтовые фотоснимки, автором которых был Лев Владимирович Прозоровский), то с художником просто беда. Почти месяц не мог я найти зацепок к загадочному Ершу, пока на одном из сайтов, посвященных знаменитым жителям Риги не наткнулся на информацию об известном Латвийском художнике-карикатуристе Гарри Соломоновиче Иерше. Ерш-Иорш. И все встало на свои места!
    Только теперь не знаю в какой том энциклопедии  sergej_manitбудет включать информацию о художнике - на "Е" или на "И" ).

    0 0

    Рассказ опубликован в 1902 в журнале Русская мысль, №12, С.66-69.
    Автор неизвестен, только инициалы Н.Н.





    И я уже давно собираюсь написать здесь об этом произведении. В 90-е годы мы купили сборник "Святочные рассказы". И среди прочих там есть рассказ "Сон"неизвестного автора, только инициалы "Н.Н."В рассказе описаны зимние каникулы девочки гимназистки, подготовка к празднику, общение с подругами и друзьями, игры, и сон, который приснился девочке в новогоднюю ночь, в которую её родители и старшая сестра ушли на бал, а её, как не достигшую 17 лет, оставили дома спать.
    И, внимательно читая рассказ, я догадалась, что действие происходит в Казани. (Автор город не называет) В первую очередь потому, что упоминается памятник Державину. Даже в комментариях говорится, что памятник подразумевается казанский. Перечитывая недавно, обратила внимание на "говорящую"фамилию одноклассницы по гимназии - Ольга Ратабынская. Уж не Боратынская ли это Ольга?
    В Казани жили потомки поэта Е.А.Боратынского. И одну из его внучек звали Ольга Николаевна, она была дочерью сына поэта Николая Евгеньевича. В семье Боратынских имя Ольга было весьма популярно, но в данном случае я предполагаю, что это Ольга Николаевна, в будущем Шульгина.
    Рассказ опубликован в 1902 в журнале Русская мысль, №12, С.66-69.
    Время действия рассказа? Героиня упоминает, что как-то она влюбилась в офицера - героя Плевны. То есть, участники русско-турецкой войны 1877 -1878 гг. еще молоды, раз гимназистка 15-16 лет может ими заинтересоваться. Отец не позволяет дочерям наряжаться на карнавал в костюмы пажей или трубадуров - он не хочет, чтобы барышни надевали на себя мужское платье))
    Вот страница, на которой много примет Казани:






    Далее фотографии мест старой Казани, которые упоминает автор:
    Здание Казанской Духовной академии, фото конца 19 века. Это здание сохранилось до наших дней, в нем расположена 6-я городская больница.



    Здание института благородных девиц, конфузливо прячущееся за деревьями. Сейчас здесь расположено Суворовское училище. http://www.skyscrapercity.com/showthread.php?t=861082&page=7



    Вот Дворянское собрание (справа) и театр (слева), на сцене которого барышня мечтает подвизаться




    А здесь и Дворянское собрание, и театр, и Державинский сквер с памятником поэту, который помахал девочке снизу во время её полета http://www.photokzn.ru/news/0/5654


    Памятник Державину сейчас в городе есть, но находится немного в другом месте. Современную его фотографию я приводила недавно, когда описывала возвращение с бала в доме Боратынских.

    А дальше текст рассказа на отсканированных страницах, а также комментарии к нему:































































    </cut>

    0 0

    Повесть Сен-Марку"Фаншетта, или Сад надежды"в сообществе уже представляли. Полный текстесть в сетевых библиотеках, но все же кратко напомню содержание.

    Повесть рассказывает историю пятнадцатилетней девочки, в одиночку заботящейся о младшем брате в романтичных трущобах Монмартра. Фаншетта зарабатывает на жизнь удивительным ремеслом - она продает мыльные пузыри, в переливчатой дымке которых разноцветный Париж уплывает под самые облака. Время от времени Фаншетту приглашают позировать художники, и скоро ее тонкое личико и изящная фигурка становятся символом Монмартра, самой его душой.

    "— Славная фея пузырей, я дарю тебе Париж! — произнес он. — Теперь тебе придется обойти его вдоль и поперек, как королева обходит свои владения…
    Фаншетта улыбнулась… Целые поколения людей воздвигали Париж для нее и для всех, кто его любит. На минуту девочке и в самом деле показалось, что весь город принадлежит ей.
    — Иногда я думаю, что у каждого из нас есть свое счастье, что оно бродит где-то на одной из пяти тысяч парижских улиц. Мы можем мимо него пройти, не заметив, отбросив его ногой, как мячик… Или, может быть, оно неуловимо, как мыльный пузырь?"


    илл




    Фаншетта и ее братишка живут в заброшенном домике посреди большого и изрядно запущенного сада. Там есть еще несколько ветхих домов, ждущих сноса, но пока населенных разномастными обитателями, а полуразрушенный особняк захватила компания малолетних оборвышей - "тех, кого не любят, кого бьют, к кому придираются, кто часто бывает голоден и всегда во всем виноват". Шестеро мальчишек - угрюмый Танк, рыжий Головешка, робкий Красивые-Листья, плутоватый весельчак Нерон и неразлучные двойняшки Пьер и Поль - сплотились, чтобы противостоять миру, который их отверг. У каждого из мальчишек есть родители, но настоящее тепло и заботу они находят у этой хрупкой девочки и платят ей ответной преданностью. Они становятся ее друзьями, верными защитниками и просто детьми, нуждающимися в доме и любви.





    Это маленькая парижская баллада, нежная и немного печальная. Взлетает цепочка радужных пузырьков, звучит песенка о юной парижанке, а лоза Монмартра исправно заполняет бутылки вином - наполовину туристический аттракцион, наполовину плод отчаянного местного патриотизма.

    Повесть пусть и не блещет глубинами, но трогает сердечностью и любовно выписанными городскими пейзажами. Хочется взять ее и кружить с нею по улочкам Монмартра, которого парижане называют попросту "Холм". Милая и очень французская книга.

    С легким английским акцентом.


    Перечитаем еще раз:

    "...каждый день Танк читал в глазах кого-нибудь, что он плохой, испорченный, пропащий человек и не имеет права есть их хлеб, потому что способен на… И Танк сеял панику, Танк всем вокруг внушал страх. А, в сущности, ему так хотелось, чтобы к нему хорошо относились…
    Достаточно было поглядеть на огненную гриву Головешки, чтобы понять, что этот мальчик с претензией на образованность — единственный обладатель школьного аттестата! — был обречён на такое прозвище с той самой минуты, как избавился от классической клички «Рыжик».
    Красивые-Листья, самый робкого из шестерых , кто краснел, как барышня, когда его слишком внимательно разглядывали. Бедняга Красивые-Листья находил себя безобразным — и он не ошибался.
    Нерон ни в чём не был похож на своих товарищей. Ведь его вывезли из Италии вместе с целой вереницей сестёр и братьев, которые все увидели свет где-то между Сорренто и Неаполем... Он отлично показывал фокусы, умел невероятно изгибаться во все стороны, играл на аккордеоне.
    Пьер и Поль, которых все называли «Парой», потому что никто никогда их не видел порознь, почти каждый вечер убегали к своим друзьям, чтобы спастись от тяжёлого кулака землекопа.
    <...>
    Фаншетта, держа керосиновую лампу в руке, решилась приоткрыть ставни.
    Действительно, вся банда марсиан с Монмартра выстроилась перед ее домиком. Каждый из них, за исключением Танка, держал в руке пакет. При появлении Фаншетты на секунду воцарилось молчание..."



    Теперь немного по-другому:

    "Первым проходит Болтун. Он вполне отважный парень, только ужасно невезучий... Следом идет Кончик, самый веселый и жизнерадостный, а за ним — Малышка. Ему кажется, что он хорошо помнит то время, когда он еще не потерялся, и поэтому поглядывает на всех сверху вниз. Четвертым шагает Кудряш. Он такой отчаянный озорник и так часто несет наказание за свое озорство, что, когда Питер требует: «Пусть встанет тот, кто это натворил», — Кудряш тут же вскакивает, не задумываясь над тем, кто виноват на самом деле. Дальше идут Двойняшки. Их бессмысленно описывать потому что обязательно окажется, что говоришь не про того, а про другого.
    <...>
    Дверь открылась, и на пороге показалась Венди. Они как по команде сняли шапки.
    Венди смотрела на них удивленно."



    Строчки из разных книг плавно перетекают друг в друга:


    "Через несколько минут все шесть марсиан, и вдобавок Хромой на руках у Красивых-Листьев, сидели верхом на ящиках Фаншетты. Девочка разожгла керосиновую печку, стараясь как можно меньше дымить, и выкрутила побольше фитиль лампы — ей очень хотелось хорошо разглядеть бездомных детей, которых она должна была завоевать. Наконец-то она их видела вблизи…
    Танк посмотрел Фаншетте прямо в глаза. Смеется она над ними или…
    И тогда Фаншетта в первый раз заговорила с ним.
    — Видишь, Танк… я вас всех уже давно знаю, — ласково сказала она. — Мне даже кажется, я ждала вас…

    — Тетенька Венди, будь нашей мамой!
    — Да!— сказала Венди и просияла. — Я бы очень хотела. Только я не знаю, справлюсь ли я. Я ведь еще только девочка.
    — Это неважно — сказал Питер, как будто он прекрасно разбирался в мамах. — Нам нужно, чтобы ты была как мама. И все.
    — По-моему, как раз я такая и есть, — сказала Венди.
    — Такая, такая, — закричали все, — мы сразу это поняли!"




    Boy Castaways_cover     Davis boys




    Питер Пэн родился из веселой игрымальчиков Дэвис и грустной сказки "Белая птичка". В "Белой птичке"есть несколько вставных глав о малыше, который сбежал из детской в Кенсингтонский сад - вскоре эти главы выпустили отдельным изданием. Кенсингтонский сад, описанный Джеймсом Барри едва ли не до каждой дорожки, предстал волшебным зеленым островом посреди большого города. Иллюстрации точно воспроизводили его карту и виды.

    Peter Pan in the Kensington garden_ill.Rackham

    Peter Pan in the Kensington garden_plan



    "Питер Пэн в Кенсингтонском саду"читался как романтический путеводитель по любимому лондонскому уголку, и главным героем там был Кенсингтонский сад. Самому Питеру Пэну Барри воздал должное в пьесе "Питер Пэн: мальчик, который не хотел расти", позднее переработанной в повесть - о вечном мальчике и маленькой женщине, и эта книга могла быть исповедью, но никогда не была детской сказкой.
    Дети получили адаптированный вариант - для них в 1915 году Мэй Байрон с разрешения Барри подготовила сокращенную редакцию книги с привычным нам названием "Питер Пэн и Венди".

    Peter Pan and Wendy_ill.F.D.Bedford



    Жани Сен-Марку взяла у Барри основные мотивы: "зеленое логово", потерянные мальчишки и девочка, которая дарит им чувство дома. В "Фаншетте"есть даже своя своенравная Дин-Динь - девочка по имени Милое-Сердечко:

    "...она вовсе не собиралась делить с Фаншеттой покровительство банды. Пусть марсиане часто были к ней и суровы и насмешливы, — все-таки это подобие дружбы было единственным источником тепла для Милого-Сердечка. Ее приучили ничем не делиться."

    "Вы думаете, Динь-Динь исполнилась благодарности к Венди за то, что она за нее заступилась? Да ничего подобного! Эти феи очень странные существа. Ей никогда еще так не хотелось ущипнуть Венди, как в этот момент."



    Fanchette_1955_fr



    Jeanne Saint-MarcouxКнига Сен-Марку вышла в 1955 году в популярной серии для подростков "Bibliotheque Rouge et Or". "Всем детям, которых любят дома, которые не знают ни страха, ни голода, ни холода, чтобы они могли понять, что значит быть одиноким, испуганным и голодным. И всем несчастным детям, которые жаждут надежды," - гласило предисловие.

    Любопытно, что в том же году и в той же серии вышла известная у нас повесть Поля Берна "Лошадь без головы" - и тоже о детях бедняков! Возможно, это был некий социальный заказ: Сен-Марку была признанным автором повестей "для девочек", острые темы для нее не характерны. К слову, работа для "Bibliotheque Rouge et Or"принесла Жани Сен-Марку и Полю Берна не только писательские дивиденды: через пару лет после выхода книг о парижских сорванцах они стали мужем и женой. Оба достаточно успешно продолжили литературную карьеру, хотя как писатель Берна был сильнее и ярче. Любопытствующие могут углубиться в сравнение обоих авторов во французской статье.

    Как бы то ни было, у Сен-Марку была и есть своя преданная аудитория. Французкие читатели, вернее читательницы, обычно отмечают общую светлую интонацию ее книг, прекрасный язык и выразительные описания. Лирические зарисовки парижских уголков - едва ли не бо́льшая часть очарования "Фаншетты", а уж монмартрские главы вообще могут служить неплохим туристическим буклетом. Не удивлюсь, если поводом к написанию повести стало открытие в 1954 году Музея Монмартра.

    "Музей истории Монмартра", который должен был раскрыть свои двери в двухстах метрах от улицы Норвен, был чем-то вроде музея Гревен. С помощью картин, диаграмм и восковых фигур там рассказывалось туристам о прошлом живописного Холма, когда виноградники покрывали его склоны, о временах деревянных мельниц и монашек, кузин красивой Габриэль д’Эстрэ, о той эпохе, когда здесь прогуливался добрый король Анри, разглядывая столицу, которую собирался завоевать, и о веке ресторанов — «Черного кота», «Кролика Жиля», известных всему Парижу… Не забыли и знаменитых художников каждого поколения: Ренуара, Тулуз-Лотрека, Утрилло, Пикассо — всех, кто посещал Бато-Лавуар, и даже ту мастерскую, в которой Фаншетта позировала Антуану Берлиу."

    И, конечно, художник Франсиск Пульбо. С него и начинается Монмартр "Фаншетты".

        



    "— Видишь, это идут маленькие пульбо?! — И Даниэль Мартэн указала Фаншетте на юных граждан Монмартра.
    — Их всех так зовут? — удивленно спросила Фаншетта. — Все до одного Пульбо?
    — Ну да, все.
    — Какая большая семья! — с изумлением сказала девочка, насчитавшая до сорока детей.
    Адвокат Мартэн начала было объяснять Фаншетте, что в большую семью пульбо входит все молодое население 18-го района Парижа, потому что художник Пульбо, рисовавший детей Монмартра, оставил им свое имя в наследство..."



    Le Maquis_Пульбо.JPG


    Проживший на Монмартре почти всю жизнь, Пульбо прославился рисунками местных маленьких оборвышей - до конца 1940-х между улицей Лепик и авеню Жюно существовал большой квартал бедных домов, настоящие трущобы, населенные бедняками, апашами, нищими художниками. Пульбо сделал множество зарисовок, акварелей и открыток с изображениями гаменов Монмартра - дерзких, несчастных и жизнелюбивых. Рисунки Пульбо пользовались большой популярностью, и имя художника стало нарицательным для уличных мальчишек, "вырастающих на Монмартре, как трава между камнями мостовой".



    Пульбо2.jpg    Пульбо3.jpg

    Пульбо4.png    Пульбо5.png




    Сам бездетный, Пульбо отдал много сил, чтобы как-то улучшить жизнь своих названных детей. В 1922 году он организовал для них рождественский праздник с елкой и подарками, ставший затем ежегодным. Специальные благотворительные представления для детей из нуждающихся семей устраивали в Мулен-Руж и, благодаря дружбе Пульбо со знаменитыми клоунами братьями Фрателлини, в цирке Медрано.

    Пульбо_рождество.JPG    Пульбо_диспансер.JPG



    Пульбо был одним из основателей "Республики Монмартр" - союза артистов, художников, скульпторов, музыкантов, поэтов и друзей искусства, созданного 7 мая 1921г. Основной целью Республики была поддержка искусства и благотворительность и одним из первых результатов деятельности стал детский диспансер, открытый на Монмартре при щедрой финансовой поддержке Пульбо. А несколькими годами позже он подарил всему Монмартру "Fête des Vendanges" - праздник сбора винограда.

    "Словно ферма где-нибудь в Борделэ Монмартр позволяет себе роскошь иметь собственный виноградник — последний из тех, что покрывали когда-то все его склоны. Он называется «виноградником Габриэллы».
    Чтобы торжественно отметить день сбора винограда, в Париже каждый год устраивается большое праздничное шествие. Впереди идут музыканты, за ними — сборщицы винограда, одетые по моде 900-х годов — в шуршащих платьях с осиными талиями; на головах у них фальшивые шиньоны, выложенные в форме ручек от кувшинов, — прическа, пленявшая когда-то наших бабушек. В авангарде шагает отряд девчонок и мальчишек, оборванных, курносых, хитроглазых. Они лихо открывают шествие грохотом барабанов."


    барабанщики-пульбо_1950.jpg    праздник сбора винограда_1945.jpg   



    Пытаясь спасти самобытность и очарование "деревни Монмартр"от стремительной коммерческой застройки, Пульбо предложил разбить на пустыре, где некогда находился кабачок "Сад прекрасной Габриель", небольшой общественный виноградник. Власти пошли навстречу, и в 1934 году виноградник на между улицами Сен-Венсан и де Соль дал первый урожай. С тех пор в каждый год октябре Монмартр устраивает веселый праздник сбора винограда с парадами, угощениями, фейерверками, маленькими барабанщиками-пульбо и танцовщицами из "Мулен-Руж", а выручка от продажи вина идёт на социальные нужды округа.

    vendanges_1950.jpg



    Франсиск Пульбо умер в 1946 году. В его честь на кладбище Монмартра установлен бронзовый бюст, а короткий проход между площадью Кальвер и улицей Норвен получил его имя. Похоже, что и повесть Сен-Марку, по крайней мере отчасти, была данью памяти Пульбо.

    Poulbot_foto      Ф.Пульбо_12 rue Cortot, Musee de Montmartre.jpg



    Одной из самых значительных работ Франсиска Пульбо были иллюстрации к роману Леона Фрапье "Детский сад". Это история девушки из разорившейся респектабельной семьи, которая находит свое призвание в заботе о малышах с бедной рабочей окраины. Ненужные, нелюбимые, заброшенные дети идут в открытый для них детский сад, потому что там есть человек, которому они небезразличны.



    Фрапье_Детский сад_илл.Пульбо.jpg



        

        




    Заключительные строки "Фаншетты"звучат почти в унисон с "Детским садом":
    "Парижский муниципалитет постановил выстроить в саду Норвен городок для детей. В этом городке все беспризорные пульбо, вырастающие на Монмартре, как трава между камнями мостовой, найдут себе убежище и помощь. Понимаешь? Все фаншетты, все бишу, все марсиане, которым так часто недоставало поддержки и крова."

    Наивный, романтический финал.

    Джеймс Барри закончил свою сказку сухой иронией:
    "Всех мальчишек вскоре устроили в школу, и ровно через неделю они подумали, какие они ослы, что не остались на острове. Но было уже поздно, и вскоре они освоились и сделались обыкновенными людьми, как я, или вы, или какой-нибудь Дженкинс-младший."

    Wendy&apos;s story




    А что же сад Фаншетты? Был ли он на самом деле?
    И да, и нет.



    На современной карте Парижа адрес "улица Норвен, 24"отсутствует. Но сто с лишним лет назад дом под этим номером действительно существовал. Тогда квартал к западу от улицы де Соль занимали небольшие дома с частными садиками.

    -Rue-Norvins_No24.jpg



    иллК 1950-м часть этих участков была продана под застройку, и на месте милых садиков встали солидные буржуазные дома. Чтобы найти, где среди них притаилось "зеленое логово", придется последовать за Фаншеттой, разыскивающей обиталище своей тетки.

    Путь начинается у собора Сакре-Кер:

    "Фаншетта, Даниэль Мартэн и Бишу остановились передохнуть на самой высокой террасе, простирающейся над городом, у церковного входа.
    <...>
    — Ну как, Фаншетта? В какую сторону мы теперь направимся?
    Решительным жестом Фаншетта указала налево, в сторону улицы Азаис — улицы, на которой находится водонапорная башня, удивительно похожая на крепость.
    — Сюда! — уверенно сказала она."


    Жаль, под рукой нет французского текста, но, скорее всего, там упоминалась не кокетливая башня Le Chateau d'eau, находящаяся на углу улиц Корто и Мон-Сени, а Le Reservoir de Montmartre на улице Азаи, рядом с верхней станцией фуникулера. Он действительно похож на крепость.

    reservoir

    Funiculaire et Reservoir de Montmartre



    "— Деревья, мадемуазель… Я только это и помню… Не на самой улице, нет — аллея красивых деревьев за изгородью. Налево от входа, в начале аллеи стоял маленький флигель — очень маленький и очень низкий, — в котором жила тетка. Направо было много домишек, тоже низеньких, перед каждым — цветы и изгороди. В глубине аллеи — дом побольше и повыше, и вокруг него заросли деревьев… Ах да, мельница!.. Это рядом с мельницей, мадемуазель, деревянной мельницей, очень черной и совсем некрасивой.

    — Что ж, отправимся туда, где мельница...

    Повернувшись спиной к площади дю-Тертр, откуда все еще доносились звуки веселой музыки, под которую шла распродажа вина, путешественники свернули на улицу Норвен и пошли по направлению к авеню Жюно. "



    Этот маршрут весьма популярен среди туристов, толпящихся на площади Тертр и у маленьких ресторанчиков и сувенирных лавок на Норвен до перекрестка с улицей де Соль. Оттуда обычно делают фотографии с хрестоматийным видом на купола Сакре-Кер. Но нам нужно дальше, туда, где частные дома с глухими каменными заборами спускаются к перекрестку с улицей Жирарден. Чуть дальше, в сторону улицы Лепик, обнаружится и старая мельница - Moulin de la Galette, полускрытая деревьями.

    Rue girardon_mouline



    Перекресток улиц Норвен и Жирарден тоже пользуется известностью: там находится крошечная площадь Марселя Эме и скульптура "Человек, проходящий сквозь стену". Ее создатель, Жан Маре, который был не только актером, но и скульптором, изобразил писателя в виде героя одноименного рассказа. Скульптура с секретом: у нее голова Марселя Эме, а руки Жана Кокто.


    Le passe muraille    голова и руки.JPG



    Поднимем взгляд наверх: над стеной с застрявшей в ней фигурой зеленеют деревья. Это и есть кусочек сада на улице Норвен. Сейчас он носит имя популярного автора детективов Фредерика Дара, а попасть в него можно через неприметную калитку чуть выше по улице.

    google_gardin Frederic Dard_ вход.jpg

    o.jpg



    "— Здесь, мадемуазель! — закричала девочка. — На этот раз я уверена! Посмотрите, вот деревья, и липовая аллея… и маленькие садики, и большое здание…
    Прислонившись к решетке, Даниэль Мартэн узнавала все, что девочка ей описала: крошечную сторожку у входа, в глубине аллеи — дом повыше; направо — неровный ряд низких флигелей и, главное, невероятные заросли кустов и зелени: настоящий лес в ста метрах от парижской авеню Жюно!"


    Укромный городской сад приподнят над улицей и обычно не привлекает внимания туристов. Он совсем небольшой, с полукруглой дорожкой, несколькими скамьями и питьевым фонтанчиком.

    Jardin-Frdric-Dard.jpg



    Этот маленький пятачок выгорожен из обширного пейзажного парка, занимавшего прежде почти весь квартал. Парк был разбит возле особняка Сандрен, который в сильно перестроенном виде сохранился до наших дней - это дом N 22 по улице Норвен.

    folie_sandrin_1830.jpg



    Особняк несколько раз менял владельцев, и одно время в нем располагалась психиатрическая лечебница весьма прогрессивного толка. Самым известным ее пациентом был поэт Жерар де Нерваль, с нежностью писавший о чудесном, умиротворяющем пейзаже, заботливом уходе и о долгих спокойных днях, которые он тут провел. В конце девятнадцатого века в особняке несколько лет располагалась частная школа для девиц из приличных семей, потом швейная фабрика, наконец, ко времени действия "Фаншетт"там обосновалась обычная школа для девочек. По воспоминаниям одной из ее учениц, здание уже было сильно обветшавшим, с грозившим обрушиться потолком и большим запущенным садом.

    Cours Normal de Montmartre. Les jardins_1950-60.jpg



    "По левую сторону крутого склона стояли три флигеля, окружённые маленькими двориками. Флигели были так же разрушены, как домики на большой липовой аллее. Однако у второго из них ещё сохранились стёкла на окнах фасада. В этот флигель и вошла Милое-Сердечко. Девочка уверенно поднялась на второй этаж. То здесь, то там от лестницы оставался лишь каркас, не хватало по полдюжине ступенек подряд и по крайней мере половины перил. Но это ничуть не смущало Милое-Сердечко; минуту спустя она очутилась в помещении, сохранившемся удивительно хорошо: в комнате с мраморным камином и зеркалом — последними остатками разгромленной обстановки. "

    В конце 1960-х до участка в центре старого Монмартра добрались застройщики. Особняк Сандрен был значительно перестроен и превращен в дорогие апартаменты. Некоторое время здесь жил Жан Маре - ему не пришлось далеко ходить, чтобы украсить стену своей скульптурой. Часть парка, прилегающую к особняку, старательно привели в порядок и огородили решеткой.

    ob_330ab3_folie-sandrin-jardins.jpg



    На оставшейся территории расположился так называемый "Город искусств" - несколько небольших домов, в которых располагаются художественные мастерские и ателье. Вполне вероятно, что построены они на месте старых фундаментов, там, где когда-то были флигельки с маленькими двориками. Они-то и имеют адрес "улица Норвен, 24".

    cite-artistes.JPG



    Если ничего не изменилось, то свободного входа на территорию "Города искусств"нет. Можно попытаться взглянуть на него через решетчатую ограду, отделяющую его от сада Фредерика Дара. Тенистые деревья "Города искусств"тянутся до самой улицы Абревуар, нависая над старинной стеной, точно так, как описано в "Фаншетте".

    "Милое-Сердечко подпрыгнула, как козленок, и выпрямилась, миновав опасный участок. Не обращая ни малейшего внимания на камни, она сбежала босыми ногами вниз по тропинке, которая вела от дома к улице де л’Абревуар. <...> С этой стороны, в сущности, не было выхода: сад резко обрывался к концу тропинки, нависая по крайней мере на три метра над улицей де л’Абревуар; лестницы здесь не было никакой. Но это не могло быть помехой для завсегдатаев здешних мест, обитавших большей частью в соседних переулках. Не было ни одного марсианина, который не умел бы вползать, как ящерица, вверх по стене; ее разошедшиеся камни служили отличной опорой для ног, почти всегда босых."

    rue_de_Abreuvoir.jpg



    Повесть Сен-Марку четко очерчивает границы Сада надежды: квартал внутри улиц Норвен, де Соль, Абревуар и Жирардон.

    карта сада Норвен



    Все рядом, все на своих местах: харчевня "Матушка Катерина"на площади Тертр, где собирала окурки Милое-Сердечко, дом астролога Клода Бюва на углу авеню Жюно и улицы Симон Дерёр, пристанище художников "Бато-Лавуар"на площади Эмиля Годо, куда ходила позировать Фаншетта, богемный "Ловкий кролик"на углу улиц де-Соль и Сен-Венсан, где на вывеске, нарисованной Андре Жилем, был изображен кролик, выскакивающий из кастрюли - сейчас там копия, а оригинал перекочевал чуть дальше по улице в Музей Монмартра, в старинное здание над "Виноградником Габриэллы"в двухстах метрах от улицы Норвен.



    La mere Catherine      Ловкий кролик Андре Жиля



    Где-то на улице Сен-Венсан, в самом низу, в последнем доме налево на шестом этаже жил бедняга Танк - до улицы Берт, где он попытался покончить с собой, ему пришлось пересечь весь Холм.

    карта с отметками.jpg



    И, может быть, кто-нибудь до сих пор выискивает "фамильный"кирпич в своде Сакре-Кер, выстроеном на деньги, собранные по всей Франции.

    "... женщина меня спросила: «Скажите, мсье гид… Когда мы с мужем были молодыми, в день нашей свадьбы, мы из Безьера послали деньги на камень для купола Сакре-Кёр. Сегодня у нас золотая свадьба. Вот мы и решили приехать на него поглядеть вблизи, на наш камень... Скажите, мсье, вы не могли бы нам хоть приблизительно указать, в каком углу его поместили?»
    Сами понимаете, не мог же я разочаровать этих добрых людей, которые приехали из такой дали! Недолго думая я показал им камень недалеко от них, самый белый и самый красивый. Потом сказал, как будто знаю наверняка: «Камни, заложенные на деньги людей из Безьера, были помещены вот сюда… Я думаю, ваш камень вон тот — самый большой из всех. Но имена, понимаете ли, смыло дождем!»
    Еще немного — и я бы сам в это поверил, — прибавил гид со своей широкой, солнечной улыбкой. — Когда я снова буду глядеть на этот камень, это уже будет для меня «камень людей из Безьера».



    Но детского городка и статуи Фаншетты с маленьким Бишу вы не найдете. Они существуют только на страницах повести Сен-Марку. А вот песенка "Парижская девочка"самая что ни на есть настоящая, ее спела в 1946 году Жаклин Франсуа.

    "— Ты знаешь, где я сейчас тебя видел, Фаншетта? На шелковой косынке, ей-же-ей! В лавочке крашеной блондинки, которая делает шляпы, на улице Габриэль. Ты нарисована на одном из четырех углов косынки, а на трех остальных — собор, площадь дю-Тертр и улица Лепик… На Монмартре это считается славой, знаешь?.. Я же тебе говорил, ты похожа на «Парижскую девочку» из песенки! Такая же хорошенькая, и мужества хоть отбавляй, как у нее. Они начинают это замечать, наши простаки. Вот увидишь, на будущий год они выберут тебя королевой праздника сбора винограда! А Бишу будет твоим пажем!.."







    0 0

    Б.Емельянов "Сапоги-собаки"Детгиз 1962
       рис.С.Куприянова
       формат 84x108 1/16
       тираж 300 000
    

    Сборник Бориса Емельянова - это не записки натуралиста, а рассказы для малышей, написанные просто, тепло и немного шутливо. Их очень хорошо читать вслух.

    "Сапоги-собаки"с иллюстрациями Сергея Куприянова издавались несколько раз с разными обложками, отдельные рассказы входили в другие сборники. Два рассказа, о верном Томкеи коте и елкеуже встречались в других постах сообщества, но лучше читать целиком весь маленький цикл о таких разных собаках, бесстрашном Цыпе и коте с чудным именем Агапыч.

    Сапоги-собаки_000.jpg

















































    0 0

    К Дню разгрома советскими войсками немецко-фашистских войск вСталинградскойбитве Добрый человек поделился редкой книжкой:



    Автор Лев Кассиль
    Художник А. Ермолаев
    Издательство "Детгиз"
    1942 г.


























































































    0 0
  • 02/02/18--10:47: Летят журавли
  • Д.Мамсуров
    Журваль Бип-Бип
    Рисунки А.Шмаринова
    ГИДЛ, 1959 год

    1.jpg

    2.jpg3.jpg

    4.jpg5.jpg

    6.jpg7.jpg

    8.jpg9.jpg

    10.jpg

    11.jpg

    12.jpg

    13.jpg

    14.jpg

    15.jpg

    16.jpg

    17.jpg

    18.jpg19.jpg

    20.jpg

    21.jpg

    22.jpg

    23.jpg

    24.jpg25.jpg

    26.jpg

    27.jpg

    28.jpg29-002.jpg

    30.jpg

    31.jpg

    32.jpg

    33.jpg

    34.jpg

    35.jpg

    36.jpg37.jpg

    38.jpg39.jpg

    40.jpg

    40.jpg1.jpg




















    0 0

      Некоторое время назад я упоминал про замечательный творческий тандем украинских художников-иллюстраторов Виктора Григорьева и Киры Поляковой. Случай далеко не единичный. В 50-60-е годы прошлого солетия в Москве работала еще одна талантливая семейная пара Михаил Алексеев и Надежда Строганова, оформившая большое количество прекрасных детских книжек. В представляемой сегодня книжке большинство иллюстраций подписано фирменным вензелем "СА 58". Цифры обозначают год создания иллюстраций.
      Не ошибусь, если скажу, что практически любая оформленная ими книжка может служить характерным примером отличного детского книгоиздания 50-х, отличительными признаками которого являются реалистичные иллюстрации, очень богатая цветовая палитра и обилие маленьких элементов. Иллюстрации Алексеева и Строгановой предоставляют фантазии ребенка огромный массив информации, помимо текста. Так и представляется, как взрослый, дочитав ребенку очередную страницу, пытается перевернуть ее, а ребенок препятствует этому, и еще долго водит пальчиком по картинкам разворота, внимательно рассматривая их и добавляя что-то от себя. Некоторая художественная избыточность - одна из отличительных черт московской школы иллюстрации по сравнению с ленинградской.
     Прекрасный материал о художниках появился в жж совсем недавно. Лучшем, чем там написано о Михаиле Алексееве и Надежде Строгановоймне не сказать.
      А об авторе книжки Людмиле Зубковой вы прекрасно знаете, даже если вроде бы ничего не знаете ).
    "Мы делили апельсин.
    Много нас, а он один...".
    Теплее? )

    А про двух приятелей АХ и ОХ помните?
    "Жили рядом Ох и АХ —
    Друг от друга в двух шагах.
    АХ — шутник и хохотун,
    Ох — отчаянный ворчун..."

    А еще стихотворение про Лень.
    По всем этим стихотворениям сняты мультипликационные фильмы.

    Энциклопедический формат. Тираж 310000 экз. Книжка не редкая, однако весьма сложно найти экземпляр отличной сохранности. При относительно большом объеме страниц и весе книжки (28 страниц по сравнению со стандартными 16) самым слабым звеном является крепление обложки на скрепках.




































    0 0

    М.Ю.Лермонтов
    Ашик-Кериб
    Рисунки А.Могилевского
    Детгиз, 1959 год

    1.jpg

    2.jpg

    3.jpg

    4.jpg

    5.jpg

    6.jpg

    7.jpg

    8.jpg

    9.jpg

    10.jpg

    11.jpg

    12.jpg

    13.jpg

    14.jpg







    0 0

    Неожиданно получила фотографии интересного издания от омского коллекционера borisaff. Специально для нашего сообщества.
    Сравните, кажется, эта папка с картинками К.Зотова парная к более позднему изданиютого же Института санитарного просвещения.
    И удачно продолжит тему уютных лесных домишек.

    Зотов К.В., Найденова Н.П. Умные зверюшки / авт.-худож. К.В. Зотов; стихи Н.П. Найденовой; ред. Р.М. Брейнина.
    М.: Центральный ин-т санитарного просвещ. м-ва здравоохранения, 1958. - [10] л.: ил.; 45х30 см.
    В издательской бумажной иллюстрированной папке. Издана без тит. л. Листы не сшиты.
































    0 0

    Знали ли вы, что известная писательница Анастасия Перфильева – урожденная Троцкая? Нет-нет, не Бронштейн, но фамилия не могла не сказаться на ее судьбе и судьбе близких.
    В нашем сообществе мы не раз обращались к книгам Анастасии Витальевны – «Большая семья», «Далеко ли до Сайгатки?», «Десять дней с папой». Большинство из них проиллюстрировано ее мужем Борисом Константиновичем Винокуровым. А вот о самих авторе и художнике известно мало.
    Почти год мне посчастливилось переписываться с художницей Евгенией Яковлевной Кокоревой, которая всегда с особым уважением вспоминает о Б.К.Винокурове и передала несколько фотографий из семейного архива. А в январе с ее помощью удалось связаться с внуком Анастасии Витальевны Сергеем Андреевичем Перфильевым – сыном Андрейки, героя книги «Пять моих собак». Надеюсь, переписка продолжится, а пока спешу поделиться с вами тем, что узнала (с любезного согласия Сергея Андреевича).
    ХХ век был настолько сложен, так отражался на судьбах, что не в каждой семье могли сохраниться документы и точные свидетельства. А ранние годы Анастасии Перфильевой прошли в детском доме. Что же остается потомкам, какая память? Попробуем проследить, и, возможно, вместе поучаствовать в поиске информации. Надеюсь на помощь тех, кто всерьез занимается генеалогией, знает историю Москвы.
    Итак, первое известие от С.А.Перфильева:

    «Анастасия Витальевна, урожденная Троцкая (естественно, не Бронштейн), ее отец был генерал-губернатором г. Вильно, погиб во время гражданской войны от тифа. Перфильевы - старинный московский род (Перфильева она по мужу - моему деду). Последний гражданский губернатор Москвы (т.е. в сегодняшнем понимании губернатор Московской области) был мой прапрадед (кстати, о нем есть упоминание у Гиляровского в книге "Москва и москвичи")».

    Вскоре пришли и фотографии с Ваганьковского кладбища (Сергей Андреевич специально посетил кладбище для съемки).






    Под фамилией Перфильева стоит «ур. Троцкая», и дата рождения совсем иная, чем в официальной биографической справке из сборника «Книги – детям» (см. в комментариях здесь): не 1914, а 1911 год. Нашлись и подтверждающие документы: дата рождения – 6 сентября 1911 года, дата смерти – 15 октября 2000 года. До сих пор точные даты жизни Анастасии Перфильевой и Бориса Винокурова не были известны. Очень благодарна, что их удалось узнать.
    Но сразу обратилась к интернет-источникам за дополнительной информацией, и стало понятно, что генерал-губернатор г.Вильно Виталий Николаевич Троцкий не мог быть отцом Анастасии Витальевны, поскольку умер в 1901 году, за 10 лет до рождения писательницы. Зато у него был сын Виталий Витальевич Троцкий, и он умер (погиб?) как раз в годы гражданской войны. В информации о нем есть явные совпадения с судьбой Анастасии Витальевны, поэтому расскажу немного о старших Троцких.

    Виталий Николаевич Троцкий (1835-1901) - «один из выдающихся боевых генералов русской армии», генерал-адъютант, генерал от инфантерии - происходил из малороссийского дворянского рода, восходящего к началу XVIII в.




    Сын отставного подпоручика лейб-гвардии Семеновского полка Николая Ивановича Троцкого, небогатого помещика Черниговской губернии, и его супруги Минодоры Дмитриевны Пащенко. Окончил курс в I-м московском кадетском корпусе и в 1853 году поступил в егерский полк. Троцкий совершил поход в Молдавию и принимал участие в Крымской войне. В сражении при р.Альме 18-летний командир роты вывел 4-й батальон своего полка из-под вражеского огня и за это получил первую боевую награду - орден св. Анны 4-й степени. С 1866 по 1889 служил на окраинах России: 17 лет в Туркестане и 6 лет на Кавказе – на должности начальника штаба Туркестанского военного округа, губернатора Сыр-Дарьинской области, начальника штаба Кавказского военного округа. Как вы понимаете, бурный период биографии: осады, штурмы, экспедиции. (Подробнее о боевых заслугах генерала читайте здесь). С 1897 года - виленский, ковенский и гродненский генерал-губернатор.
    Забавный эпизод из дневника отца генерала (В.Н.Троцкий часто приезжал на его хутор близ села Волосковцы): «Сегодня сын мой Виталий, генерал-майор свиты его величества, кавалер ордена св. Георгия 3-й степени и начальник штаба, увидав свиней в саду, схватили кол, побежали за ними и выгнали их вон».

    А теперь сведения о Виталии Витальевиче Троцком из картотеки проекта «Русская армия в Первой мировой войне».

    Троцкий Виталий Витальевич
    * xx.xx.1877 + 03.04.1919

    Православный. В службу вступил 1894. Окончил Пажеский корпус (1896; по 1-му разряду). Выпущен из камер-пажей подпоручиком в 6-ю полевую конную батарею. На 01.01.1909 штабс-капитан 1-й гренад. арт. бригады. Переведен в постоянный состав Офицерской арт. школы. Капитан гв. Участник мировой войны. На 31.12.1914 в том же чине и школе. На 05.04.1917 командующий конной батареей Офицерской арт. школы, числясь по гв. конной артиллерии. Полковник. Участник Белого движения в рядах Донской армии. Начальник штаба Вост. фронта (с 01.08.1918; на 20.11.1918). Начальник штаба 13-й Донской каз. дивизии. Умер.
    Награды: орден Св. Владимира 4-й ст. с мечами и бантом (ВП 31.12.1914).

    И три абзаца о невстрече с Троцким на вокзале из воспоминаний В.Клементьева «В большевицкой Москве»:

    «Свет одного фонарика прошел по лицу, должно быть, старшего. «Да никак полковник Троцкий!» — встрепенулся я и сел. Тем временем фонарики погасли, и неизвестные вышли. «Наверное, Виталий Витальевич!» — засуетился я. Подхватил шинель, мешок и заторопился к выходу. Осторожно минуя лежащих, я не скоро добрался до двери и вышел на платформу. Но было поздно: в конце перрона я увидел удаляющиеся красные фонари. Поезд уходил в сторону Лихой. Опоздал! С сожалением вернулся я в зал. Неподалеку от двери я нащупал свободный кусочек пола и опять приспособился к спанью. Сон не заставил себя ждать.
    О судьбе Виталия Витальевича Троцкого знаю я не много. Когда в январе 1918-го мы встретились с полковником Перхуровым в Москве, он сказал мне, что полковник Троцкий вернулся в штаб армии, в общежитие, вскоре после моего ухода и очень жалел, что я ушел. Дело в том, что генерал Корнилов послал его для связи к генералу Щербачеву (командовавшему русскими частями на Румынском фронте). В штабе ему обещали дать паровоз и теплушку, чтобы доехать в ней до Воронежа. Вот он и хотел предложить мне ехать вместе. Я рассказал Перхурову, как на станции Сулин, в темноте, трое военных ходили по залу и кого-то искали.
    — Да, конечно, это был полковник Троцкий. Уезжая, он предполагал разыскать тебя в Сулине, — сказал Перхуров.
    Много позже (в 30-х годах) из Югославии пробрался в Варшаву Б.Б. де Мартино. Он зашел в редакцию газеты «Молва», где я сотрудничал. Оказалось, в Югославии де Мартино встречал вдову В.В. Троцкого и от нее узнал следующее. В середине января 1918 года полковник Троцкий был послан генералом Корниловым с поручениями к генералу Щербачеву. Но до последнего он не доехал. На станции не то Звереве, не то Поворино полковник Троцкий был пойман красногвардейцами, после мучений и издевательств брошен связанным в могилу и живой забросан камнями и землей».

    Не могу полностью доверять мемуарам, дата смерти В.В.Троцкого расходится с официальными источниками: в воспоминаниях – начало 1918 года, а официально – 3 апреля 1919 года.
    Но в чем совпадения с судьбой А.В.Перфильевой? Действие 1-й части ее автобиографической повести «Во что бы то ни стало» о скитаниях маленькой девочки в годы гражданской войны происходит на юге России, и там рассказывается, что ей навсегда пришлось расстаться с матерью.

    Всей информацией поделилась с Сергеем Андреевичем Перфильевым и получила ответ, напоминающий невероятными поворотами большой роман:

    «Скорее всего Вы правы. Единственное, что я знаю, что в процессе (или после обучения) Виталий Витальевич вступился за какого-то унижаемого (или избитого) нижнего чина, за что был разжалован в солдаты. После этого участвовал в боевых действиях (по-видимому, в Русско-японской войне) и за геройские действия был восстановлен в офицерском звании. Как мне рассказывала А.В., где-то он пересекался с Булгаковым (где-то вместе учились или жили) и образ поручика Мышлаевского из "Дней Турбиных" списан именно с него.
    (При всей неожиданности этих семейных воспоминаний хочу уточнить, что с января 1890 г. В.Н Троцкий занимал должность помощника командующего войсками Киевского военного округа, и сын, соответственно, мог жить или бывать в Киеве еще в то время и, конечно, позже. Правда, Михаил Булгаков в 90-е годы был совсем маленьким ребенком. – Прим.)
    После начала гражданской войны, естественно, вступил в ряды белого движения. А.В. утверждала, что он умер от тифа, но учитывая ее возраст на тот момент, отсутствие контакта с отцом и стремление скрыть информацию, возможно, Вы и правы.
    Его жена (к сожалению, не знаю имени и отчества) поступила сестрой милосердия на санитарный поезд, предварительно отвезя детей в Тифлис к дальним родственникам. Детей было трое - два сына старше ее (ученики кадетского корпуса) и Анастасия Витальевна. Госпиталь жены Троцкого базировался на юге России и поэтому, когда красные перерезали сообщение с Кавказом и Закавказьем, ворвавшись на Кубань, ушел в Крым, после чего она эвакуировалась во Францию.
    После наступления красных войск на Закавказье, возникла угроза взятия Тифлиса. Тогда двое братьев А.В. оседлали одного коня (коней было мало), попрощались с малолетней сестрой, и ушли в сторону Турции. Потом они перебрались во Францию, где встретились со своей матерью. Кстати один из них (не могу сказать, какой) был литературным секретарем у Бунина. Он похоронен на кладбище Сен-Жевеньен де Буа (как войдешь, так слева) вместе со своей женой Дженни. Сам туда не добрался, но жена (моя) заезжала". (Знаю совсем другие фамилии литературных секретарей Бунина – А.Седых, А.Бахрах, Но, может быть, не обладаю полной информацией. - Прим.)

    А теперь дополнения к «невероятному роману». Неделю безрезультатно искала, а сегодня неожиданно нашла.

    В базе данных историка С.В.Волкова «Белое движение в России» звездочкой, как члены одной семьи, помечены:

    Троцкий Виталий Витальевич* (С теми же данными, что привела выше. Только дата смерти отличается на один день - 2.04.1919. И упоминается, что Троцкий в 1902 году завершил обучение в академии Генштаба).

    Троцкая Елизавета Ивановна*, р. 1885. Во ВСЮР и Русской Армии сестра милосердия в Крымском кадетском корпусе до эвакуации Крыма. Эвакуирована на корабле "Константин". Дочь Анастасия 1911. /4–52/

    Троцкий Игорь Витальевич* 12 Во ВСЮР и Русской Армии до эвакуации Крыма; кадет Крымского кадетского корпуса. Эвакуирован на корабле "Константин". В эмиграции в Югославии. Окончил Крымский кадетский корпус. /4–52; 208/

    Троцкий Кирилл Витальевич*, р. 1909. Во ВСЮР и Русской Армии в Крымском кадетском корпусе до эвакуации Крыма. Эвакуирован на корабле "Константин". В эмиграции во Франции. Ум. 1986. /4–52; 177/


    Посмотрите, упоминается дочь Елизаветы Ивановны Троцкой - Анастасия! И того же года рождения, что А.В.Перфильева. (Кстати, маму главной героини ее повести «Во что бы то ни стало» тоже зовут Елизаветой).
    А сыновья, получается, эвакуировались из Крыма на одном корабле с матерью, а не добирались до Франции иным путем. Потерялась только дочь.

    Нашлись данные и о том, что на кладбище Сент-Женевьев де Буа похоронен некто Троцкий Cyril, +1986. Судя по дате смерти, Кирилл Витальевич Троцкий.

    На одном генеалогическом сайте прочла, что в эмиграции вдова Троцкого стала женой генерал-майора Владимира Николаевича Доманевского (1878-1937), тот жил в Сербии и Франции, похоронен на том же кладбище в Сент-Женевьев де Буа. А Сербия ведь часть Югославии, в связи с которой о вдове Троцкого говорится в мемуарах Клементьева. Вроде бы все ниточки сходятся?..

    Рассказ о южной эпопее в жизни Анастасии Перфильевой косвенно подтверждается информацией о ее родном дяде Сергее Витальевиче Троцком. Его имя встречается в воспоминаниях дочери знаменитого поэта Вячеслава Иванова: «Это был старинный друг Вячеслава, навещавший его периодически еще на Башне. Он был малороссийский помещик, жил у себя в хуторе, обожал поэзию, музыку и искусство, вышивал шелками картины, любил украшаться кольцами, брелоками из драгоценных камней, носил бархатные курточки, волосы причесывал в стиле Ренессанса, с кудрями, кажется, не завитыми, а натуральными.<...> Он был тихий, нежный, ясный, веселый, чуткий и одухотворенный».
    Сергей Витальевич сам оставил воспоминания о своем общении с поэтами Серебряного века, они опубликованы в журнале «Новое литературное обозрение» еще в 1994 году (№10), и в предисловии к публикации подробно рассказана его биография.
    В 1916-17 годах Троцкий оказался на юге, в Тифлисе (Так! – Прим.). После длительных мытарств Сергею Витальевичу удалось добраться до Баку, где профессорствовал В.Иванов.
    Еще один фрагмент из воспоминаний Лидии Ивановой:
    «В один прекрасный день явился с маленьким узелком в руках Сергей Витальевич Троцкий… В Баку он попал после многих тяжких приключений: бежал с родными из своего малороссийского хутора на кавказское побережье Черного моря; после неудачной попытки переплыть границу в лодке контрабандистов, был ими ограблен и лишен всех своих драгоценностей; затем, оставив своих родных, один перебрался через весь Кавказ и достиг Баку, где, он знал, живет Вячеслав. В котомочке у него были две рубашки, которые он сам мыл, т. к. ткань была так изношена, что он никому не доверял ее в руки. Курточка была старая, но черная, бархатная. Брелоки у него еще были, но не драгоценные. Сам он был такой изголодавшийся, что если поставить перед ним фунт масла, через мгновение ока оно исчезло бы, даже без хлеба.
    Что было с ним делать? В ванной была поставлена постель, и наша семья увеличилась. Нас стало пятеро, и Сержик сделался родным и любимым».
    Троцкий проживал вместе с Ивановым вплоть до его отъезда в Москву в мае 1924 г., оставался в Баку и в последующие годы, но это была уже не жизнь, а выживание.
    «За несколько лет до того, как его настигла физическая гибель, Троцкому суждено было претерпеть гибель символическую — утрату имени: его родовая фамилия, идентичная с революционным псевдонимом опального большевистского вождя, в 1930-е годы была официально признана неблагозвучной, и Сергей Троцкий должен был превратиться в Сергея Воложского (новая фамилия — как знак памяти об утраченном «дворянском гнезде», Волосковцах). Дальнейшая его судьба оказалась вполне предсказуемой: арестован, приговорен 28 июля 1937 г. спецколлегией Верховного суда Азербайджанской ССР к 8 годам лишения свободы, умер 18 ноября 1942 г. в Узбекской ССР». Практически в тех местах, что покорял отец и где родился.

    Но продолжу "невероятный роман" С.А.Перфильева о судьбе своей бабушки:

    "Каким-то образом А.В. добралась из Тифлиса до Москвы, где попала в детский дом. Детским домом заведовала Мария Андреевна Оленина - последняя из рода Олениных, по крайней мере в России. Род известный - "Я Вас любил, любовь еще быть может ..." . Туда же по какой-то непонятной причине попал мой дед - С.В. Перфильев, вместе со своими двумя сестрами. Вроде ни мой прадед, ни прапрадед с Советской властью не конфликтовали. Но Вы сами понимаете, что эти темы в Советское время было обсуждать не принято. Бабку Машку (М.А.Оленину. – Прим.) я помню, она жила в Москве на Новоконюшенном переулке (я жил не Земледельческом), и она меня трех-пятилетнего водила гулять в Девичий парк. От нее мне в наследство достались тех еще времен посуда и бокалы».

    И вот фотосвидетельство:





    А.В.Перфильева похоронена на одном участке с семьей Олениных – Юлией Федоровной, Еленой Андреевной и Марией Андреевной. Почему-то об этой ветви Олениных мало информации в Интернете. Но встретила строчки в истории Марфо-Мариинской обители милосердия, что некоторых сестер приглашала сама великая княгиня Елизавета Федоровна, в частности, Елена Андреевна Оленина была ей знакома по работе на складе в Кремлевском дворце по сбору пожертвований во время Русско-японской войны. Возможно, Мария Андреевна поддерживала традиции милосердия, свойственные ее семье?
    Как помнят родные Анастасии Витальевны, М.А. Оленина (директор детского дома) и семья Троцких, как и семья Перфильевых, были связаны родственными связями.

    Перейду к той части повествования Сергея Андреевича, в которой будут фигурировать санитарная сумка – предмет зависти коллег – и старый полевой бинокль.

    «После окончания школы и соответственно изгнания из детдома она (Анастасия Витальевна. – Прим.). какое-то время жила в семье основателя скорой помощи в г. Москве Пучкова А.С.Как она туда попала - Бог ведает, но есть сумка скоропомощная, которая досталась моей бабушке от него.
    Современная сумка у меня в машине, конечно, есть, но коллеги завидуют.
    После этого был скоротечный брак с Степаном Васильевичем. Вскоре она с ним разошлась».

    О Степане Васильевиче Перфильеве, первом муже Анастасии Витальевны, невозможно не рассказать подробнее.
    Он происходил, как и было сказано, из знаменитого московского рода Перфильевых. Василий Степанович Перфильев (1826-1890) действительно был московским губернатором с 1878 по 1887 год и послужил прототипом Стивы Облонского для Л.Н.Толстого.





    Почему я это знаю? Потому что Андрейка из книги "Пять моих собак" (сын С.В.Перфильева и А.В.Перфильевой. – Прим.) со временем превратился в Андрея Степановича Перфильева, доктора геолого-минералогических наук, профессора, члена-корреспондента РАЕН, ученого с мировым именем в области тектоники литосферных плит, заведующего лабораторией в Геологическом институте АН СССР, ну, а потом РАН».

    Следом Сергей Андреевич уточнил:

    «Может быть, я и погорячился, когда написал, что это из-за "полей", скорее они понимали, что "дворянское гнездо" может быть разрушено в один миг. В том числе и с их сыном.
    Далее А.В. работала чертежницей (а не учительницей). На каком заводе или КБ - не знаю. …у нее было неплохо с рисованием, и она оставила очень много картин после своей смерти. Там она познакомилась с конструктором плавающих танков Осиповым (кто такой, не знаю, по интернету не искал). Именно он отправил семью в эвакуацию в 1941 г. Но в 1942 погиб при испытании нового танка. Кстати, Андрейка носил во время обучения в школе фамилию 0сипов, так как считал (его) своим отцом. …мне достался совершенно великолепный полевой бинокль…»

    «После войны Анастасия Витальевна возвращается в Москву и поселяется вновь в 4-Ростовском переулке. …этот дом описан в книге про собак. А.В. была в те годы очень привлекательной женщиной, к тому же спортсменкой. Она была даже чемпионкой Москвы по теннису, а этот вид спорта в то время не считался элитным. Вскоре после возвращения она повстречала Бориса Константиновича (Винокурова. –Прим.) и поступила в Литературный институт.
    Ее преподавателем и литературным наставником был К.Г. Паустовский, которого она обожествляла до самой его смерти. Кстати, это, наверное, генетическая память, но Паустовский - мой самый любимый писатель. Впрочем, я его и самого немного помню, когда он приходил в гости к моей бабушке (понятно, что его произведений я по малолетству не читал, любовь к ним пришла позже)».

    «Теперь о Б.К. Винокурове. Мне он запомнился как тихий, скромный, неконфликтный человек, который во всем соглашался с моей бабкой. Кстати, он учился у Малевича и Кандинского, но после разгрома школы ушел в графику. Картины у него прекрасные, но всю коллекцию А.В. сдала в ЦДХ (ну, за исключением тех, что висели у нас дома). Занимался литографией - литографический станок стоял в коридоре квартиры на ул. Черняховского, но в сознательном возрасте я всегда его помню накрытым покрывалом.
    Даже комнаты на Аэропортовской разделялись так: маленькая комната Б.К., где царил твердый порядок, причем все принадлежности были установлены в твердом порядке, и большая комната А.В. – нет, там не царил творческий беспорядок, но определенные вольности были…
    В Крыму Б.К. любил гулять вдоль участка с утра до вечера (о крымской эпопее отдельный рассказ, а может, роман…)»

    И не могу не поделиться фрагментами из воспоминаний С.А.Перфильева, на которых лежит отсвет книги Анастасии Витальевны «Лучик и звездолет», написанной в 1964 году.




    В Википедии нашла упоминание, что сын Анастасии Витальевны, Андрей Степанович, - участник программы подготовки космонавтов, «в 1967 году прошел медицинское обследование в ЦНИИАГ в качестве одного из кандидатов для отбора в группу космонавтов-ученых (второй набор в группу Академии Наук)».

    Сергей Андреевич подтвердил:

    «Мой отец действительно был в отряде космонавтов, поскольку планировалась экспедиция на Луну, и в экипаже должен был быть геолог. Он тренировался в экипаже Добровольского, Волкова, Пацаева, которые позже погибли при разгерметизации спускаемого отсека. Однако после катастрофы ракетного носителя Н-1 на Байконуре (генеральный конструктор Мишин) лунную программу свернули. Авария произошла из-за запредельных продольных изгибных колебаний…»

    А вот интересный рассказ о себе:

    «Под влиянием книги "Лучик и Звездолет" я в 6 или 7 классе поступил в "Школу летчиков и космонавтов" в городском Дворце Пионеров на Ленинских горах. Если Вы читали эту книгу, то должно быть помните этот эпизод, когда Ирина приходит туда поступать. Долго потом ругал А.В. за художественный вымысел. Нет, глобус там был, правда не Луны, а Земли. А так все средства тренировки - лопинги, рейнские колеса, центрифуга, в общем, тренируй себя на перегрузки 1,5 часа. Потом час штурманской подготовки и час теории конструкции самолета. …рядом стоял тренажер МиГ-17 и отлетай пару кругов над аэродромом. На учение приезжали в форме, должны были отдавать честь встречным офицерам (правда, и они нам с удовольствием отдавали). Медкомиссии жесткие каждый год. ОФП по субботам, 5 км. бегом по Ленинским Горам. Единственное, полоски на погонах были не вдоль погона, а наискосок (звездочки - у зам. комэска две, у комэска три). Летом практика первый раз под Полтавой, в вертолетном полку, второй раз в истребительном, но я выпросил откомандирование в гражданскую авиацию и гонял на Ил-62 в Хабаровск и Алма-Ату.
    Прыгал с парашютом, имел налет на Як-18 ( с инструктором). Короче, из той школы нас в летные училища брали не задумываясь. Но у меня произошла спортивная травма, и я из-за потери зрения не смог».

    К счастью, травма не помешала Сергею Андреевичу заниматься альпинизмом и стать кандидатом технических наук, успешным специалистом.

    Фотографии сына и внука А.В.Перфильевой:







    Завтра постараюсь порадовать вас фотографиями Анастасии Витальевны Перфильевой и Бориса Константиновича Винокурова, присланными Евгенией Яковлевной Кокоревой.

    0 0

    Сегодня представлю коллективные фотографии, на которых вы увидите Анастасию Перфильеву и Бориса  Винокурова. Снимки прислала художник  Евгения Яковлевна Кокоревасо словами:  "Чем больше людей увидят наших предков, наших друзей, близких, дорогих - тем богаче, крепче, сильнее будет наша жизнь. Хотела Вам рассказать об Анастасии Витальевне и Борисе Константиновиче: благородных, умнейших, огромного интеллекта и, в то же время, очень обаятельных и простых..."
    Родители мужа Е.Я.Кокоревой "были закадычными друзьями с Б.К Винокуровым и А.В. Перфильевой - дружили и общались до самых последних дней жизни, вместе отдыхали и проводили досуг". А для Евгении Яковлевны Борис Константинович стал наставником в живописи. В одном интервью она вспоминает: "Учиться живописи я могла иной раз день и ночь. Мы могли с ним общаться не только в его мастерской, но и летом на даче в Крыму. Это были пленэры и студийные занятия". (Источник).
    Дружили с детства не только Борис Винокуров и Александр Кокорев, на первой же фотографии в центре - знаменитый хирург Александр Вишневский.




    А началась дружба в Казани, они учились вместе в опытно-показательной школе. Борис Винокуров сам рассказал об этом для книги Н.Кончаловской "В поисках Вишневского":  "Класс наш был небольшой: три Бориса, три Александра, один Андрей, один Лев и один Аркадий — девять мальчиков и столько же девочек. Звали мы, конечно, друг друга — Бобка, Шурка, Левка, Аркашка — и так до старости, до лысин и седин! Ведь мы потом в течение всей жизни устраивали встречи одноклассников, и, как бы ни был занят А. А. Вишневский — академик, профессор и генерал, — он никогда не отказывался от наших сборищ, как никогда не отказывал в помощи товарищу!.."
    Практически теми же словами пишет Е.Я.Кокорева:
    "С Кокоревым Александром Александровичем (на фото есть и он, и его жена) собирались чаще всего и дольше всех.
    Мы рядом жили, что немаловажно. Когда собирались и общались, то наблюдать за ними было большое удовольствие. Ал-р Ал-вич был - Шурка, а Бор Кон-вич  Бобка. А собирались  довольно  часто. И порядок собраний был уже, за годы общений, устоявшийся. Начинали с ужина, перемежая с беседой, потом пили чай. Каждый раз старались на сладкое испечь, приготовить какой-нибудь новый рецепт... после сладкого обязательно садились играть в  "дурака". Каждый раз брали лист бумаги, и Бор Конст-вич вел запись, и, конечно, делал какие-то зарисовки..."



    На следующих двух фотографиях встреча 1960 года у одноклассника Б.Мусина:







    Выделю на фото Бориса Винокурова и Анастасию Перфильеву:







    А на этом снимке слева Анастасия Витальевна и Борис Константинович, справа - А.А.Кокорев.





    О замечательном классе казанской школы подробно рассказывается в мемуарах еще одного одноклассника - Бориса Сперанского:
    http://foto-progulki.ru/sheranskij_vosp,
    http://foto-progulki.ru/speranskie
    Атмосферу общего волжского детства прекрасно передал в своих воспоминанияхБорис Винокуров, мы уже говорили о них вокруг давнего хорошего поста.



    Кроме снимков Евгения Яковлевна Кокорева порадовала еще одним сюрпризом - она прислала крымские пейзажи, нарисованные Анастасией Витальевной (ее внук тоже упоминал , что бабушка хорошо рисовала). На этюдах село Изюмовка, где происходит действие повести "Десять дней с папой".













    А вот очень эмоциональная фотография писательницы с приподнятой шляпой - в той самой Изюмовке.






    И в заключение две работы Бориса Константиновича Винокурова. Первая  от Е.Я.Кокоревой, вторая  -  от С.А.Перфильева.










    0 0

        Первое и единственное издание. Энциклопедический формат.
        Это первая книжка стихов Леонида Яхнина, впоследствии известного читателям своими произведениями для детей "Площадь картонных часов", "Серебряные колесики", "Таня и солнышко" и многими другими. Но, думаю, можно с уверенностью сказать, что теперь Леонид Львович не менее известен как талантливый литетарутрый переводчик. За перевод "Алисы в стране чудес" в 1994 году он получил международный диплом имени Андерсена. Кто-нибудь читал его?
    А еще в арсенале писателя - русскоязычные переводы "Щелкунчика", "Дон Кихота", "Калифа аиста", "Приключения Мюнхгаузена", Гулливера и многих других известных произведений, вплоть до "Хоббита" и "Властелина колец". Внушительный список!
        С художником сложнее. Если отбросить гипотезу, что В. Андриенков и В Андреенков - один и тот же человек, то информации о художнике "Моего города" нет никакой.
    А оформление очень оригинальное. Обратите внимание - все иллюстрации кроме одной - разворотные. Художник уловил и дополнительно расширил визуальное пространство большого города, подчеркиваемого автором:
    "На площади огромные
    И в переулки дальние..."

    "Над огромным городом
    Голуби взлетели...".

        Собственно, в 60-е Москва именно такой и была - широкие полупустые проспекты, открытые пространства площадей, практически отсутствие высотных зданий (вспомните художественные фильмы тех лет).
        А обратите внимание на разворот со стихотворением "Гроза". Впечатление, что семья только-только въехала в новый дом. Большая комната. Мебели практически еще нет. Пейзаж за окном еще не приелся и вызывает искреннее любопытство. Помню, когда мои родители получили новую квартиру, и мне досталась целая отдельная комната, вся ее обстановка первое время состояла из письменного стола, стула, раскладушки и портативного радиоприемника "VEF-201". Не было карнизов. Я лежал, смотрел в ночное небо и слушал "Маяк". Что-то пришлось докупать, а многоярусную книжную полку замысловатой конструкции мы с папой изготовили своими руками из каких-то обрезков досок.

        Очень странно, что "Мой город" ни разу не была переиздана, ведь приметы времени, о которых в ней рассказывается, оставались актальными в течение десятилений: трамвай, телефонные будки, афишные тумбы.






















    0 0
  • 02/13/18--09:18: Ага и угу
  • Б.Кежун
    Ага и угу
    Рисунки Б.Стародубцева
    Детгиз, 1959 год

    1.jpg

    2.jpg

    3.jpg

    4.jpg

    5.jpg

    6.jpg

    7.jpg

    8.jpg

    9.jpg

    10.jpg

    11.jpg

    12.jpg

    13.jpg

    14.jpg

    15.jpg

    0 0

    Добрый день, уважаемые книголюбы.

    Буду очень признательна, если вы поможете найти детскую книгу по описанию.
    Книга примерно конца 50-х - середины 60-х годов. По жанру – детская приключенческо-образовательно-развивающая повесть для среднего школьного возраста.
    Ни автора, ни точного названия не помню.
    Возможно, в названии (но, возможно, и в тексте) есть слова «школа/академия Шерлоков Холмсов». Картинок в книге достаточно много, большинство черно-белые, вклейки цветные. Обложка, помнится, зеленая с изображением детей в лесу, но по поводу обложки зуб не даю)
    Сюжет при всей своей сложности и занимательности достаточно распространенный для того времени – квест по карте с преодолением препятствий и решением географических, ботанических и логических задач. Как принято в таких книгах, в тексте много шарад, головоломок и шифрованных писем (смутно помню, что одно из писем было написано зеркальным способом и читать его нужно было, приложив зеркало).
    В книге присутствует взрослый, который и задает детям все эти шарады и загадки и попутно делится массой полезных советов о том, как самостоятельно путешествовать в лесу, как построить палатку, разжечь костер и т.д.

    Сразу сообщу, что прежде чем задавать свой вопрос, я внимательно изучила раздел приключений в музее, а также тематические разделы у tomtar. Так вот, разыскиваемая книга – НЕ “Трое отважных” Винокурова, НЕ "Остров неопытных физиков» Домбровского, НЕ «Остров тайн» Акентьева и НЕ «В пещерах мурозавра» Суханова.

    Главное отличие от всех перечисленных книг в том, что в моей книге основное внимание уделялось детективной составляющей. Сюжет строился как решение дедуктивным методом цепи загадочных происшествий. Кажется, там даже употреблялось и само слово «дедуктивный». И в целом книга было направлена на развитие памяти, наблюдательности и логики.
    Например, одно из заданий – и это, пожалуй, единственное, что я помню совершенно четко – заключалось в том, что взрослый раскладывал на столе разные предметы и предлагал детям, посмотрев на них несколько секунд, точно описать, в каком порядке они лежали. Была и картинка с этими предметами.

    После многих лет безрезультатных поисков наконец недавно нашла в сети книгу «Детская академия Шерлока Холмса» изобретателя и педагога Ю.Гурина
    Вот она очень похожа, я, кажется, даже узнаю некоторые задачки из старой книжки, да и название…
    Но! Книга Гурина издана в 2004 году, а сам автор родился в 1963 году, т.е. автором той, старой книги быть не может. К тому же в оригинальной книге был сюжет, а книга Гурина построена просто как набор заданий.

    Ну и последнее соображение: оцифровывают и выкладывают книги в основном владельцы, и если эта книга полностью отсутствует в сети, может быть, она была издана только для библиотек?

    0 0
  • 02/15/18--23:41: "Четыре моряка"
  • Добрый человек снова поделился с нами интересной книжечкой:)


    Автор К. Высоковский
    ОГИЗ - Молодая гвардия
    1931 г.














    0 0

    Сегодня у нас редкая возможность познакомиться с книгой-календарем "Круглый год" на 1946 год. Благодарю за фотографии borisaff !
    В сборнике несколько сквозных линий-публикаций:
    - "Катин год" Л.Воронковой с рисунками Е.Афанасьевой,
    - "Синичкин календарь" В.Бианки и рассказы Г.Скребицкого о мишке-медведе с иллюстрациями Г.Никольского.

    Цветные вкладки - А.Пластова..
    Переплет, форзац, титульный лист - В.Конашевича.



    Но самое главное - это большая книга для детей первого послевоенного года...













































































































































































































    Продолжение следует...